Гостья

(рассказ для детей школьного возраста)

Дети прозвали ее Катькой. Почему? Никто не знал. Эту кошку необыкновенно красивую и важную надо бы назвать Клотильдой или Раймондой. Уж так она была очаровательна и величава. Она несла свой черный мохнатый хвост, с белым наконечником, ну просто, как знатная дама шлейф. На всех ее четырех черных лапах были «надеты» беленькие туфельки, надо заметить, - при любой погоде чистые. Искристая чёрная ворса кошки была довольно пушистой и мягкой. Голова и ушки - такого же черного окраса, а вот грудка и половина мордочки – белого. Странным образом на белой стороне замешался малюсенький клочок черной шерстки, как раз в том месте, где произрастают усы. Это делало Катьку эдакой пикантной красавицей с «родинкой» на щеке.

Весь двор любил эту кошку. Но жила она не в квартире у какой-нибудь пожилой и заботливой хозяйки, а… в подвале нашего дома. И ко всем, кто приглашал ее, Катька захаживала полакомиться или погреться.

Нас она посещала чаще других. Почему? Это невозможно объяснить, у кошки собственная независимая логика. Можно только предполагать, что по причине близкого соседства: мы жили на первом этаже. Каждое утро, ровно в восемь дверь квартиры открывалась, потому, как наш пес выходил на утреннюю прогулку. Отворив дверь, мы видели на пороге гостью – Катька смирно сидела на коврике, подстелив под себя хвост. Завидев нас, она тут же приоткрывала бархатный ротик и мило приветствовала всех: - Мяяя-у! После чего ждала приглашения и без него не входила, как какая-нибудь там дворовая и невоспитанная мурза.

Получив, приглашение, Катька важно шествовала в кухню, выгибая спину и торжественно неся пушистый хвост. Кошка знала, что там она всегда сможет полакомиться собачьими деликатесами. Мы тоже угощали ее всякими вкусностями. Наевшись, в знак благодарности Катерина окутывала ноги гостеприимных хозяев теплым мохнатым телом, и при этом нежно, но достаточно громко мурлыкала. Ее традиционная утренняя песня длилась минуты две. Потом она резко прекращала все нежности, как будто сама себе говорила: - «Так, довольно! Хватит с них!». И, ни на кого не обращая внимания, проходила в ванную комнату, где был расположен также и унитаз. Катька с легкостью запрыгивала на него и ждала, пока мы спустим воду. Получив желанный бурлящий поток «проточной» воды, Катерина упивалась им. Мы не понимали такой её причуды, кошка могла без труда напиться из другой посудины. Но желание гостя – для хозяина закон, и в нашем доме этот закон не нарушался.

Проделав и эту процедуру, красавица-гостья бесшумно спрыгивала на пол и, помахивая черной трубой, отправлялась в комнату. Там она укладывалась на теплый толстый ковер… Что тут делать? Любила Катерина отдохнуть и понежиться после аппетитного завтрака. Мы наблюдали за ней и наслаждались сценой ее отдыха. Катька устраивалась на боку, аккуратно сложив передние лапки одна на другую, и точно так задние. В эту минуту она вновь заводила кошачью мелодию: - «Мууур! Пууур! Уууур!». Кошка поворачивалась на другой бок, медленно перекатываясь, подолгу задерживаясь на спине и показывая нам белую грудку. На сей раз, её песня не кончалась. Катаясь по ковру, кошка грациозно вытягивала переднюю лапу, закидывала ее за голову, жмурила глаза, приоткрывая розовый ротик, откуда виднелись крохотные белоснежные зубки.

Эту процедуру Катька очень любила и могла продолжать ее бесконечно. Но у нас были свои, не менее важные, дела. Мы собирались на работу. Ждать, пока Катерина насладиться теплом и уютом нашего жилища, мы не могли и потому потихоньку принимались выпроваживать утреннюю визитершу: - Ну, хватит, Катя! Понежилась и довольно… Нам пора уходить, и ты вставай.

И тут начиналось самое интересное и неожиданное. Катька из милой гостьи превращалась в неблагодарного и наглого посетителя. Она вмиг становилась диким зверем.

Поскольку на слова кошка не реагировала и не собиралась убираться по добру и здорову, мне приходилось легонько подталкивать ее. Разумеется, ногой. А такого невежливого обращения Катерина, видимо, вообще не терпела по отношению к своей персоне. Она мгновенно замирала, притворившись мертвой.

- Лежит и не дышит. Скончалась. Смотрите на нее! Только белый наконечник хвоста предательски подергивается.

Моя настоятельная просьба, тем не менее, продолжалась. От этого кошка злилась еще больше: прижимала уши, скалили зубы, показывая острые, как иголки, клыки, а из, совсем еще недавно мягких, подушечек выпускала когти и выдыхала диким шипением: - «Хаааа!»

– Эй, красотка! Пора и честь знать! – не унималась я. И тогда Катька в один прыжок оказывалась на моей ноге, остервенело, вцепившись в тапок когтями всех четырех лап и впившись в него зубами, при этом исторгая устрашающий истошный вопль.

Первой сдавалась мама:

- Да, оставь ты эту негодницу! Надо ж, какая нахалка! Не тронь ее больше! Дикарка! Она, чего доброго, на лицо прыгнет, глаза выцарапает… Катька, пошла вон! – испуганно пищала мама.

Мне приходилось, буквально, сбрасывать Катерину с ноги вместе с обувкой. И, что же вы думаете? Нашим возмущениям не было предела, когда эта хулиганка без тени стыда и смущения сию же секунду снова укладывалась на ковер, упиваясь своей победой.

Я всегда теряюсь перед наглостью, а перед наглостью ТАКИХ размеров… Нечего делать…Мне приходилось отступать!

Когда ее оставляли в покое, Катька невозмутимо вставала на лапы, потягивалась, выпрямляя их все поочередно, выгибая спину высокой дугой и, ни на кого не глядя, полностью игнорируя всех присутствующих хозяев, чинно вышагивала к двери.

- Ах, ах, ах! Скажите, пожалуйста! Снизошла. Смотрите-ка, она нас покидает! Ну и скатертью тебе дорога!

Толи, чтобы дослушать меня, толи, чтобы ещё раз утвердиться в собственной победе, кошка на миг задерживалась в дверном проеме. Да так, что её пушистый хвост оставался ещё на моей территории. Это была последняя капля в чаше моего терпения, и тогда моя нога непременно вытягивалась, чтобы пнуть её под хвост. Так сказать, ускорить процесс. И это совершенно в благих намерениях… Честное слово…. Дабы не прищемить её пушистую трубу.

Наш пес, выполнив самостоятельно все положенные утренние процедуры, смиренно сидел поодаль и ждал, пока Катька соизволит отчалить. И после того, как скандальная гостья, все-таки, удалялась, он входил в квартиру. Дверь захлопывалась , и мы взрывались дружным  хохотом, восхищаясь характером и норовом Катерины, поражаясь ее хитростями. Зарядка хорошим и бодрым настроением была обеспечена на весь день.

Следующим утром мама, открыв дверь и услыхав милое кроткое «Мяу!», всегда произносила одно и тоже: - Ой, смотрите, кто к нам пришел! Катя! Проходи, дорогая.

И всё повторялось вновь.

             
Однажды, засидевшись за полночь, дописывая срочную  газетную статью, я заметила, как чья-то тень быстро промелькнула по полу и притаилась в кухне возле собачьей миски. Мне стало не по себе. Я даже испугалась… Разумеется, пойти лечь спать я уже не могла.
Мне было необходимо найти это «нечто» и устранить. Но как?

Тогда я вспомнила о Катьке, которая жила в подвале нашего дома. Я открыла дверь и тихо, почти шёпотом, позвала её: - Катя! Катя! Кошка тут же откликнулась на мой шепот и пришла. Я попросила её, как доброго соседа, о помощи:

- Катя, выручай! Иди, дорогая, в кухню! Посмотри, кто там притаился?

Кошка, почуяв запах добычи, осторожно вошла в кухню и… в один прыжок схватила это «нечто» за шиворот. Как я и предполагала, им оказалась мышь. Обычная мышь.

- Катя! Умница! Я тобой горжусь! …Только не здесь, - взмолилась я, не успев порадоваться удаче, а представив следующее ее хищное действо. - Прошу тебя! Ступай теперь к себе, пожалуйста, - неприятное ощущение охватило всю меня. 

Не знаю, как, но кошка абсолютно правильно поняла мою просьбу и чинно удалилась, держа в зубах это несчастное существо. К сожалению, я боюсь мышей, моё умиление вызывают только мультяшные Мики-Маусы, однако, я бы умерла,  если б Катька прямо на моих глазах, расправилась над этим серым созданием.

С той поры все члены нашей семьи встречали Катерину уже не просто, как постоянного утреннего гостя-дебошира, а как настоящего спасателя – с уважением